Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава

Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава

— Я не люблю, как это именует один мой друг, сослагательного наклонения. Вам понятно, почему она сбежала из шайки?

— Ее показания были туманны, а моих людей не очень это заинтересовывало. Но все знают, что Соловей относится к тому уровню парней, которые низводят дам до роли, я бы произнес, первично натуральной. Если по Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава другому у него не выходит, он навязывает дамам эту роль силой. Сюда, возможно, прибавились возрастные конфликты. Соловей — мужик зрелый, а последняя компания Ангулемы — сосунки такого же возраста, что и она. Но все это в принципе мне индифферентно. А позвольте спросить, почему не индифферентно вам? Почему, сходу видно, Ангулема вызывает Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава у вас настолько очевидно выраженные эмоции?

— Странноватый вопрос. Женщина доносит о покушении на меня, которое по поручению какого-то полуэльфа готовит ее бывшая дружина. Факт уже сам по для себя ошеломляющий, так как у меня нет никаких застарелых распрей ни с какими полуэльфами. Не считая того, она Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава знает, в какой компании я путешествую. С такими подробностями, как то: что трубадура зовут Лютик, а у дамы отрезана коса. Конкретно коса-то принуждает меня созидать во всем или ересь, или провокацию. Не требуется особенное искусство, чтоб изловить и допросить кого-то из лесных бортников, с которыми я шел Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава последнюю неделю. И быстренько инсценировать…

— Довольно! — Артевельде саданул кулаком по столу. — Нечего рассусоливать! Выходит, что я тут спектакль устроил? И для чего же? Чтоб одурачить вас, изловить? Да кто вы таковой, что так боитесь провокаций и ловушек? Лишь на воре шапка пылает, милостивый сударь ведьмак. Лишь на воре!

— Дайте другое Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава разъяснение.

— Нет, это вы мне дайте!

— Сожалею. У меня такого не имеется.

— Я мог бы кое-что дать подсказку, — насмешливо усмехнулся префект. — Но для чего? Поставим вопрос прямо. Меня не интересует, кому и почему вы необходимы мертвым. Мне индифферентно, откуда у этого «кого-то» о вас такая полная информация Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава до цвета и длины волос включительно. Скажу вам больше: я вообщем мог бы не докладывать вам о покушении. Мог бы расслабленно отнестись к вашей команде, как к ничего не ведающей приманке на Соловья. Смотреть, ожидать, пока Соловей заглотит крючок, леску, грузило и поплавок. Тогда и просто взять его тепленьким Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. Так как нужен мне он, а не вы. А то, что вы к тому времени уже грызли бы землю? Подумаешь! Неминуемое зло, издержки, так сказать, производства.

Он замолк. Геральт не комментировал.

— Как видите, дражайший государь ведьмак, — продолжал префект, — я поклялся для себя, что на этой местности воцарится закон. Хоть какой Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава ценой и хоть какими способами, per fas et nefas.[11] Ибо закон — не юриспруденция, не толстенная книжка, забитая параграфами, не философские трактаты, не напыщенные бредни о справедливости, не потрепанная фразеология о морали и этике. Закон — это неопасные дороги и тракты. Это городские закоулки, по которым можно прогуливаться даже Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава после захода солнца. Это гостиницы и корчмы, из которых можно выйти в сортир, оставив кошелек на столе, а супругу у стола. Закон — это размеренный сон людей, знающих, что разбудит их пение петушка, а не красноватый петушок! А для тех, кто закон преступает, — виселица, топор, кол и каленое железо! Наказание, отпугивающее Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава других. Тех, кто закон нарушает, следует хватать и наказывать. Всеми доступными средствами и способами… Эх, ведьмак, ведьмак! Неодобрение, которое я вижу на вашем лице, относится к цели либо способам? Я думаю — к способам! Так как способы критиковать просто, а в неопасном мире жить-то охото, а? Ну, гласите.

— Не о Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава чем гласить.

— Я думаю, есть о чем.

— Мне, государь Фулько, — тихо произнес Геральт, — даже нравится мир вашей рисунки и вашей идеи.

— Серьезно? Ваша мина свидетельствует о неприятном.

— Мир вашей рисунки — это мир аккурат для ведьмака. В нем никогда не будет недочета в работе. Кодексы, параграфы и напыщенную фразеологию о Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава справедливости ваша мысль подменяет беззаконием, анархией, самоволием и корыстолюбием царевичев и самодуров, она подразумевает сверхусердие карьеристов, стремящихся польстить покровителям, слепую мстительность фанатиков, беспощадность палачей, реванш и садизм. Ваша картина — это мир кошмара, мир, в каком люди боятся выходить в сумерки, опасаясь не бандитов, а стражей закона, ибо как Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава ни крути, но в итоге больших облав бандиты валом валят в ряды блюстителей порядка. Ваша картина — это мир взяточничества, шантажа и провокаций, мир коронных и подставных очевидцев. Мир шпионства и признаний, приобретенных под пытками. Доносительства и ужаса перед доносом. И безизбежно наступит денек, когда в вашем мире, государь префект Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава, станут рвать клещами грудь не того человека, когда повесят или посадят на кол невинного. Вот тогда как раз и наступит мир злодеяний и преступников. Короче говоря, — докончил он, — мир, в каком ведьмак будет ощущать себя как рыба в воде.

— Нужно же! — после лаконичного молчания произнес Фулько Артевельде, потирая прикрытый кожаной нашлепкой Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава глаз. — Идеалист! Ведьмак! Специалист! Спец по убийствам! И все же — идеалист. И моралист. Опасное дело при ваших-то упражнениях. Символ того, что вы начинаете вырастать из своей профессии, как малыш из маленьких штанишек. Придет денек и вы задумаетесь: а стоит убивать упыриху, а вдруг это невинная упыриха Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава? А вдруг да в вас заговорила слепая мстительность и слепой фанатизм? Не желаю вам, чтоб ранее дошло. А если когда-нибудь и дойдет… все равно не желаю. Но ведь полностью может быть, что кто-либо самым ожесточенным и самым садистским образом оскорбит близкого вам человека, тогда и я с Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава превеликой охотой возвращусь к нашей нынешней беседе, к проблематике наказания, соответственного масштабам злодеяния. Как знать, сколь категорично отличались бы тогда наши взоры? Но сейчас, тут, на данный момент это не будет предметом рассуждений либо споров. Сейчас мы будем гласить о вещах определенных. И непосредственно — о вас.

Геральт немного приподнял Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава брови.

— Хоть вы иронично отнеслись к моим способам и моему видению мира законности, конкретно вы займетесь воплощением этой идеи, дорогой мой ведьмак. Повторяю: я поклялся, что те, кто нарушает закон, получат свое. Все. От малыша, который пользуется на рынке сбитым безменом, до мужчины, который ограбил кое-где на тракте обоз Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава с луками и стрелами, созданными для армии. Разбойники, бандиты, воры, похитители, террористы из организации «Вольные Стоки», прекрасно называемые бойцами за свободу. И Соловей. Сначала Соловей. Соловья должна постигнуть кара, способ — безразличен. Только бы быстрее. До того как объявят амнистию и он выкрутится… Ведьмак, я много месяцев ожидаю Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава чего-то такового, что позволит мне обогнать его хоть нанемного. Позволит управлять им, сделать так, чтоб он сделал ошибку, ту единственную, решительную ошибку, которая его сгубит. Продолжать, либо вы уже угадали? А, ведьмак?

— Угадал. Но продолжайте.

— Загадочный полуэльф, типо зачинатель и подстрекатель покушения на вас, остерегал Соловья, рекомендовал ему быть усмотрительным, рекомендовал Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава откинуть беспечность, дурную наглость и фанфаронство. Я знаю — не без повода. Но предостережение ничего не даст. Соловей совершит ошибку. Он нападет на ведьмака, предупрежденного и готового к обороне. Нападет на ведьмака, который нападения ожидает. И это станет концом разбойника Соловья. Я желаю заключить с вами альянс Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава, Геральт. Вы будете моим коронным ведьмаком. Не прерывайте. Контракт прост: любая сторона обязуется, любая выполнит обещание. Вы приканчиваете Соловья, я же взамен… — Он на мгновение замолк, хитро усмехнулся. — Не спрошу, кто вы такие, откуда пришли, куда и для чего направляетесь. Не спрошу, почему один из вас гласит с чуть Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава приметным нильфгаардским акцентом, а на другого время от времени косятся собаки и лошадки. Я не прикажу отнять у трубадура Лютика тубу с записками, не проверю, о чем в их говорится. А имперскую разведку проинформирую о вас только после того, как Соловей будет мертв или окажется у меня в узилище. Даже позднее Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. Куда торопиться? Я дам вам время и шансы.

— Шансы на что?

— Шансы добраться до Туссента. До того забавного сказочного княжества, границ которого даже нильфгаардская контрразведка не осмеливается нарушать. А позже почти все может поменяться. Будет амнистия. Может быть, будет заключено перемирие за Яругой. Может даже — крепкий мир.

Ведьмак длительно Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава молчал. Покалеченное лицо префекта было бездвижно. Его единственный глаз пылал.

— Согласен, — произнес в конце концов Геральт.

— Не торгуясь? Без всяких критерий?

— С 2-мя.

— Как иначе-то. Слушаю.

— Поначалу я должен на некоторое количество дней съездить на запад. К озеру Мондуирн. К друидам, так как…

— Ты что, за кретина Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава меня держишь? — оборвал Фулько Артевельде, переходя на «ты». — Дурачиться меня взялся? Какой еще запад? Куда твоя дорога идет, понятно каждому. И Соловью тоже. Конкретно на ней он и устраивает засаду. На юге, в Бельхавене, там, где равнину Нэви пересекает равнина Сансретур, ведущая к Туссенту.

— Означает ли это…

— …что друидов нету Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава на Лок Мондуирне. Практически месяц. Они по равнине Сансретур направились в Туссент, под крылышко княгини Анарьетты из Боклера, у которой слабинка на различных чудаков, психов и чучел. Она охотно дает таким прибежище в собственном пряничном княжестве. Ты ведь об этом знаешь, ведьмак. Не делай из меня кретина Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. Не пытайся меня одурачить!

— Не буду, — медлительно произнес Геральт. — Даю слово, не буду. Завтра отправлюсь в Бельхавен.

— Ты, случаем, ни о чем же не запамятовал?

— Случаем — не запамятовал. Мое 2-ое условие: я желаю получить Ангулему. Устроишь для нее индивидуальную амнистию и выпустишь из темницы. Коронному ведьмаку нужен твой коронный Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава очевидец. Ну, стремительно, согласен либо нет?

— Согласен, — практически здесь же ответил Фулько Артевельде. — У меня нет выхода. Ангулема — твоя. Я ведь знаю, что ты согласился на сотрудничество со мной только ради нее.


***

Ехавший рядом с Геральтом вурдалак слушал пристально, не прерывал. Ведьмак не ошибся в его проницательности.

— Нас пятеро Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава, а не четыре, — стремительно подвел он результат, как Геральт закончил рассказ. — Мы путешествуем впятером с конца августа, впятером пересекли Яругу. А косу Мильва отрезала исключительно в Заречье. Всего неделю вспять. Твоя светловолосая протеже знает о косе Мильвы. Но не смогла досчитать до 5. Удивительно.

— Неужто самое странноватое во всей этой необычной истории?

— Никак Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. Самое странноватое — Бельхавен. Городок, в каком типо устроили на нас засаду. Городок, лежащий глубоко в горах, на пути по равнине Нэви и перевалу Теодуль…

— Куда мы совсем и не собирались, — докончил ведьмак, подгоняя начавшую было отставать Плотву. — Три недели вспять, когда этот Соловей-разбойник воспринимал от какого Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава-то полуэльфа заказ «умочить» меня, мы были в Ангрене, собирались в Каэд Дху, боясь болот Ийсгита. Мы даже не знали, что нам придется пересекать Яругу. Черт возьми, мы еще сейчас днем не знали…

— Знали, — оборвал его вурдалак. — Мы знали, что ищем друидов. И сейчас, и три недели вспять. Этот загадочный полуэльф Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава организует засаду на дороге к друидам, уверенный, что конкретно по этой дороге мы поедем. Он просто…

— …лучше нас знает, куда эта дорога ведет, — схватил Геральт. — Откуда он это знает?

— Нужно его спросить. Потому ты и согласился на предложение префекта, правильно?

— Правильно. Надеюсь, мне получится перекинуться парой слов Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава с загадочным государем полуэльфом, — неприятно ухмыльнулся Геральт. — Но, до того как это произойдет… Слушай, а для тебя не приходили в голову какие-нибудь разъяснения? Чего-нибудть такое… вроде…

Вурдалак некое время молчком глядел на него.

— Не нравится мне то, что ты говоришь, Геральт, — произнес он в конце концов. — Не нравится мне Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава то, что ты думаешь. Я считаю эту идея недостойной, поспешной, необмысленной, вытекающей из предубеждения и неприязни.

— Тогда чем все-таки разъяснить…

— Чем-нибудь другим. — Регис оборвал его тоном, которого ранее Геральт у него не замечал. — Чем угодно, только не этим. Например, не думаешь ли ты, что твоя светловолосая протеже Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава просто лжет?

— Ну-ну, дядечка! — воскрикнула Ангулема, ехавшая за ними на муле по имени Драакуль. — Не копай, если не знаешь где!

— Я для тебя не дядечка, милое дитя.

— А я для тебя не милое дитя, дядечка!

— Ангулема, — оборотился в седле ведьмак. — Умолкни.

— Как прикажешь. — Ангулема одномоментно успокоилась. — Для Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава тебя вольно приказывать. Ты меня выволок из дыры, вырвал из Фулькиных когтей. Тебя я слушаюсь, ты атаман, главарь ганзы…

— Умолкни, пожалуйста.

Ангулема заворчала для себя под нос, не стала подгонять Драакуля и отстала, тем паче что Регис и Геральт поехали резвее, догоняя едущих в авангарде Лютика, Кагыра Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава и Мильву.

Они направлялись к горам повдоль берега Нэви, стремительно катящей по камням и порогам свои мутные и желто-коричневые после недавнешних дождиков воды. Дорога не пустовала. Достаточно нередко они встречали либо обгоняли эскадроны нильфгаардской кавалерии, одиноких всадников, тележки поселенцев и череды купеческих фур.

На юге все поближе и грозней Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава вздымались горы Амелл. И остроконечная игла Горгоны, Горы Беса, тонущая в облаках, стремительно заволакивающих небо.

— Когда ты им скажешь? — спросил вурдалак, взором указывая на едущую впереди тройку.

— На стоянке.


***

Лютик был первым, кто заговорил, когда Геральт кончил говорить.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, — произнес он. — Эта женщина, Ангулема, так охотно и Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава беспечно присоединившаяся к нашей команде, — бандитка. Чтоб спасти ее от наказания, к тому же заслуженного, ты согласился сотрудничать с нильфгаардцами. Позволил им нанять себя. И не себя 1-го, но всех нас сдал внаем. Все мы должны посодействовать нильфам схватить или прикончить какого-то местного разбойника. Короче, ты Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава, Геральт, стал нильфгаардским наемником, охотником за заслугами, платным убийцей. А мы возвысились до уровня твоих пособников… Либо прислужников…

— У тебя неописуемый талант к упрощениям, Лютик, — буркнул Кагыр. — Либо ты и впрямь не понимаешь, в чем дело? Либо треплешь языком ради самой трепотни?

— Заткнись, нильфгаардец! Геральт, ну?

— Начнем с того, — ведьмак кинул Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава в костер палочку, которой играл длительное время, — что никто не должен мне помогать. Я полностью могу разделаться один. Без пособников и прислужников.

— А ты бравый мужчина, дядечка, — бросила Ангулема. — Но ганза Соловья — это 20 и четыре хороших молодца, они даже ведьмака так просто не ужаснутся, а нежели Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава разговор о клинках, то — если даже то, что о ведьмаках болтают, правда — никто в одиночку не устоит против 2-ух дюжин. Ты выручил мне жизнь, поэтому я и отплачу для тебя этим же. Предостережением. И помощью.

— Ганза, ганза, что за штука, черт побери, эта ганза?

— Aen hanse, — объяснил Кагыр, — это на нашем языке Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава вооруженный отряд, но таковой, членов которого связывают узы дружбы…

— Компания?

— Вот конкретно. Слово, как я вижу, вошло в местный жаргон…

— Ганза — это ганза, — оборвала Ангулема. — А по-нашему — вольница либо орава. О чем здесь гласить? Я предупреждаю серьезно: одному против всей ганзы не устоять. К тому же еще не Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава зная ни Соловья, ни кого-нибудь другого в Бельхавене и окружении. Ни противников, ни друзей либо соратников. Не зная дорог, ведущих к городку, а ведут туда разные пути. Я говорю так: в одиночку ведьмаку не разделаться. Не знаю, какие у вас обычаи в моде, но я ведьмака 1-го Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава не оставлю. Он меня, как произнес дядечка Лютик, охотно и беспечно принял в вашу дружину, хоть я и бандитка. Хоть у меня все еще волосы тюрягой разят, некогда было мыться… Ведьмак, и никто другой, меня из этой тюри вынул на дневной свет. За это я ему признательна. Потому 1-го Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава его не оставлю. Провожу до Бельхавена, до Соловья и того полуэльфа. Совместно с ним иду.

— Я тоже, — здесь же произнес Кагыр.

— И я тож, — коротко как отрезала бросила Мильва.

Лютик придавил к груди тубу с рукописями, с которой ближайшее время не расставался даже быстро. Опустил голову. Было Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава видно, что он борется с своими идеями. И мысли берут верх.

— Не мучайся, поэт, — мягко произнес Регис. — Стыдиться здесь нечего. К тому, чтоб участвовать в кровавом бое на клинках и ножиках, ты подходящ еще меньше, чем я. Не учили нас увечить ближних собственных железом. Не считая того… Не считая Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава того, я… — Он поднял на ведьмака и Мильву блестящие глаза. — Трус. Если не принудят происшествия, я не желаю больше испытывать то, что мы испытали тогда на пароме и мосту. Никогда. Потому прошу исключить меня из боевой группы, идущей на Бельхавен.

— С того парома и моста, — глухо проговорила Мильва, — ты вынул Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава меня на закорках, когда у меня слабота ноги отняла. Был бы там вместо тебя какой-нить трус, то бросил бы меня и сбёг. Но там не оказалось труса. Зато был ты, Регис.

— Отлично сказано, тетечка, — убежденно проворчала Ангулема. — Я не очень догадываюсь, в чем дело, но сказано здорово.

— Никакая я Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава для тебя не тетечка! — Глаза Мильвы устрашающе сверкнули. — Гляди, девка! Снова так обзовешь, узреешь!

— Что увижу?

— Тихо! — как пролаял ведьмак. — Достаточно, Ангулема. Ну и вас всех, похоже, издавна пора призвать к порядку. Кончилось время блужданий наобум к горизонту: дескать, а вдруг да там, за горизонтом, чего-нибудть Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава есть. Пришел час определенных действий. Час резать глотки. Так как наконец есть кому резать. А кто до сего времени еще не сообразил, пусть усвоит — наконец на расстоянии вытянутой руки пред нами определенный неприятель. Полуэльф, который хочет нашей погибели, а означает, является агентом агрессивных нам сил. Благодаря Ангулеме мы предупреждены, а Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава предупрежденный — это вооруженный, как говорит поговорка. Я должен добраться ранее полуэльфа и выдавить из него, по чьему приказу он действует. Теперь-то ты в конце концов сообразил, Лютик?

— Похоже, — расслабленно произнес поэт, — я сообразил еще больше и лучше, чем ты. Без всякого «добирательства» и «выжимательства» я додумался, что Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава этот загадочный полуэльф действует по приказу Дийкстры, которого ты на моих очах охроматил, прости за неологизм, раздолбав ему сустав в лодыжке. После доклада маршала Виссегерда Дийкстра, непременно, считает нас нильфгаардскими шпионами. А после нашего бегства из корпуса лирийских партизан царица Мэва, конечно, добавила несколько пт к перечню наших злодеяний…

— Ошибаешься, Лютик, — тихо Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава воткнул Регис. — Не Дийкстра. И не Виссегерд. И не Мэва.

— Тогда кто же?

— Еще рано и заблаговременно делать выводы.

— Точно, — холодно процедил ведьмак. — Потому ситуацию следует изучить на месте. А выводы сделать в итоге личных наблюдений.

— А я, — не сдавался Лютик, — продолжаю считать, что твоя мысль глуповатая и рискованная Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. Отлично, что нас предупредили о засаде, что мы знаем о ней. А если знаем, то давайте обойдем ее широкой дугой. Пусть их эльф либо полуэльф ожидает нас сколько его душе угодно, а мы поспешим своим методом…

— Нет! — оборвал ведьмак. — Конец дискуссиям, дорогие мои. Конец анархии. Настало время нашей… хм Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава, ганзе получить в конце концов вожака.

Все, не исключая Ангулемы, смотрели на него в напряженном молчании.

— Я, Ангулема и Мильва, — произнес он, — едем в Бельхавен. Кагыр, Регис и Лютик сворачивают в равнину Сансретур и движутся в Туссент.

— Нет, — стремительно среагировал Лютик, посильнее прижимая к груди свою тубу. — Ни Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава за что. Я не могу…

— Заткнись. Это не диспут. Это приказ главаря ганзы! Вы едете в Туссент: ты, Регис и Кагыр. Там ждете нас.

— Туссент для меня погибель, — без всякой напыщенности проговорил трубадур. — Как меня выяснят в Боклере, в замке, со мной будет покончено. Должен вам признаться…

— Не должен, — грубо Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава оборвал ведьмак. — Очень поздно. Ты мог выйти из игры, но не возжелал. Ты остался в дружине. Чтоб спасти Цири. Не так?

— Так.

— Потому поедешь с Регисом и Кагыром в равнину Сансретур. Подождете нас в горах, не переходя границы Туссента. Но если… в последнем случае вам придется границу Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава пересечь. Так как в Туссенте, кажется, посиживают друиды. Те, что из Каэд Дху, знакомые Региса. Итак вот, в последнем случае вы сами добудете у друидов информацию и отправитесь за Цири… одни.

— Что означает — одни? Ты предполагаешь…

— Я не предполагаю, а учитываю возможность. Так именуемый «крайний случай». Неожиданность, если Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава для тебя так больше нравится. Может быть, все пройдет гладко и у нас не будет нужды показываться в Туссенте. Но в случае чего… Принципиально, что в Туссент за нами не двинется нильфгаардская погоня.

— Правильно, не двинется, — вклинилась Ангулема. — Даже очень удивительно, но Нильфгаард уважает рубежи Туссента. Я тоже в один Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава прекрасный момент там от преследования укрывалась. Но тамошние рыцари не чище Темных. Неповторимые, разлюбезные словестно, но скорые на клинок и копье. А границы патрулируют безустанно. Себя называют Блуждающими, нет — Странствующими рыцарями. Ездят в одиночку, по двое либо по трое. И изничтожают вольницу. Другими словами нас. Одно в твоих планах нужно Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава поменять, ведьмак.

— Конкретно?

— Если мы думаем двинуть к Бельхавену и схватиться с Соловьем, то со мной поедешь ты и государь Кагыр. А тетечка пусть едет с ними.

— Это почему же? — Геральт жестом сдержал Мильву.

— Для таковой работы необходимы мужчины. Ну, чего ты напузырилась, тетечка? Я знаю, что Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава говорю! Если пригодится, может быть, придется больше действовать на испуг, чем одной силой. А никого из ганзы Соловья не испугаешь тройкой, в какой на 1-го мужчины приходятся две бабы.

— С нами поедет Мильва. — Геральт стиснул плечо не на шуточку разгневанной лучницы. — Мильва, а не Кагыр. С Кагыром я ехать Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава не желаю.

— Это почему? — практически сразу спросили Ангулема и Кагыр.

— Вот конкретно, — медлительно проговорил Регис. — Почему?

— Так как не доверяю ему, — коротко заявил ведьмак.

Наступившее молчание было противным, томным, чуть не липким. От леса, на опушке которого расположились лагерем купеческий обоз и группа других путешествующих, долетали возбужденные голоса, клики и Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава пение.

— Растолкуй, — выжал в конце концов Кагыр.

— Кто-то нас кинул, — сухо произнес ведьмак. — После разговора с префектом и откровений Ангулемы в этом колебаться нельзя. А если как надо задуматься, то приходишь к выводу, что предатель находится посреди нас. И для того, чтоб угадать, кто он, совсем нет нужды длительно думать Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава.

— Сдается мне, — насупил брови Кагыр, — ты позволил для себя намекнуть, что этот предатель — я?

— Не скрываю, — глас у ведьмака был холоден, — такая идея мне вправду пришла в голову. Почти все на это показывает. И это почти все бы растолковало. Очень почти все.

— А не кажется ли Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава для тебя, Геральт, — произнес Лютик, — что ты заходишь несколько далеко?

— Пусть гласит, — напыжился Кагыр. — Пусть гласит. Пусть не сдерживается.

— Нас поражало, — Геральт прошелся взором по лицам спутников, — как можно было ошибиться в подсчетах. Вы понимаете, о чем я. О том, что нас четыре, а не пятеро. Мы задумывались, что кто-то Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава просто обсчитался — загадочный полуэльф, Соловей-разбойник или Ангулема. Ну а если откинуть версию ошибки? Тогда навязывается последующая версия: дружина насчитывает пятерых человек, но Соловей должен уничтожить только четырех. Так как 5-ый — союзник бандитов. Тот, кто повсевременно информирует их о перемещениях дружины. С самого начала, с того момента, когда, выхлебав Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава узнаваемый нам всем рыбный суп, сформировалась группа, приняв в собственный состав нильфгаардца. Того самого, который должен схватить Цири и дать ее в руки правителя Эмгыра, так как от этого зависят его жизнь и предстоящая карьера…

— Выходит все таки, я не ошибся, — медлительно процедил Кагыр. — Все-же предатель Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава — я. Подлый, двуликий предатель.

— Геральт, — опять подал глас Регис. — Прости за откровенность, но твоя теория дырява, как старенькое решето. А твоя идея, я уже произнес для тебя это, — нехороша.

— Я — предатель, — повторил Кагыр, как будто не слыша слов вурдалака. — Но, как я понимаю, доказательств моего предательства нет никаких. Есть только Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава туманные улики и ведьмачьи домыслы. Как я понимаю, на меня возложена тяжесть подтверждения невиновности. Я должен обосновать, что я не гуль. Так?

— Без пафоса, нильфгаардец, — буркнул Геральт, встав перед Кагыром и вперившись в него. — Если бы у меня было подтверждение твоей вины, я б не терял времени на трепотню, а распластал Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава бы тебя на куски, как селедку! Ты знаешь принцип «cui bono»?[12] Так ответь мне — у кого, не считая тебя, был хоть бы мельчайший повод предать? Кто, не считая тебя, выгадал бы на предательстве? Хотя бы самую малость?

Со стороны купеческого лагеря донесся звучный и протяжный треск. На черном небе Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава звездопадом рассыпался красно-золотой фейерверк, ракеты разлетелись роем золотых пчел, ливанули цветным дождиком.

— Я не гуль, — произнес молодой нильфгаардец громким, сильным голосом. — К огорчению, обосновать это не могу. Зато могу сделать кое-что другое. То, что мне подобает, что я сделать обязан, когда меня оболгали и унизили, когда Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава запятнали мою честь и нанесли удар моему достоинству.

Его движение было резвым как молния, но он не застал бы ведьмака врасплох, если бы у того не болело колено. Вольт у Геральта не вышел, и рука в перчатке врезалась ему в щеку с таковой силой, что он отлетел и упал Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава прямо в костер, подняв снопы искр. Он вскочил — и опять очень медлительно из-за боли в колене. Кагыр уже стоял над ним. И сейчас ведьмак снова не успел даже уклониться, кулак угодил ему в висок, а в очах разгорелись цветные фейерверки в 100 раз более прекрасные, ежели те, что запускали негоцианты Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. Геральт грязно выругался и кинулся на Кагыра, обхватил его руками и повалил на землю, они покатились по гравию, нанося друг дружке звонкие удары.

И все это в призрачном и ненатуральном свете разлетающихся по небу искусственных огней.

— Закончите! — кричал Лютик. — Закончите, вы, кретинские кретины!

Кагыр ловко вышиб Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава у пытающегося подняться Геральта землю из-под ног, стукнул по зубам. И добавил так, что зазвенело. Геральт сжался, напружинился и стукнул его ногой, но попал не в промежность, а в бедро. Они схватились опять, перевернулись и принялись колошматить друг дружку куда попало, ослепнув от ударов и забивших глаза пыли и песка Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава.

И внезапно разлетелись и покатились в различные стороны, сутулясь и прикрывая головы от свистящих ударов.

Это Мильва, отстегнув с бедер толстый кожаный ремень, схватившись за пряжку и обмотав ремень вокруг запястья, подпрыгнула к драчунам и принялась хлестать их от уха, изо всей силы, не жалея ни ремня, ни руки Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. Ремень свистел и с сухим треском долбил по рукам, плечам, спинам и Геральта, и Кагыра. И хотя они уже разделились, Мильва продолжала прыгать от 1-го к другому, как будто кузнечик, не прекращая пороть их и кропотливо следя за тем, чтоб каждый получил свою порцию.

— Й-йех, болваны глупецкие! — кликнула Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава она, с треском охаживая Геральта по спине. — Дурни дурные! Я научу вас уму-разуму, обоих! Ну! — кликнула она еще громче, хлеща Кагыра по рукам, которыми он пробовал заслонить голову. — Ну, очухались? Успокоились? Чумные!

— Все! — взвыл ведьмак. — Хватит!

— Хватит! — схватил свернувшийся в клубок Кагыр. — Довольно!

— Довольно, — произнес вурдалак Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. — И правда, уже довольно, Мильва.

Лучница тяжело дышала, обтирая лоб кулаком, все еще обернутым ремнем.

— Сияние! — проговорила Ангулема. — Сияние, тётечка! Шик!

Мильва развернулась на пятке и изо всей силы хлестанула ее ремнем по плечу. Ангулема вскрикнула, села на землю и разревелась.

— Произнесла ж я, — выдохнула Мильва, — чтобы меня так Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава не кликала! Гласила ж!

— У нас все в ажуре! — Лютик незначительно дрожащим голосом успокаивал негоциантов и путников, сбившихся вокруг их. — Просто маленькое дружественное недоразумение. Товарищеский спор. Уже все. Спор разрешен.

Ведьмак потрогал языком шатающийся зуб, сплюнул кровь, текущую из рассеченной губки. Он ощущал, как на спине и плечах набухают валики, как распухает Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава — пожалуй, до размеров вилка цветной капусты — ухо, которому досталось ремнем. Рядом неудобно подымался с земли Кагыр, держась за щеку. На его обнаженном предплечье прямо на очах вырастали и набухали широкие красноватые полосы.

На землю осыпался отдающий сероватой дождик, пепел последнего фейерверка.

Ангулема жалостно всхлипывала, держась за плечо. Мильва откинула Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава ремень, после недолгого колебания опустилась рядом с ней на колени, обняла и, молча, прочно придавила.

— Я предлагаю вам, — холодно проговорил вурдалак, — подать друг дружке руки. Предлагаю никогда, совсем никогда больше не ворачиваться к этому делу.

Внезапно сорвался и зашумел слетевший с гор ветер, в каком, казалось, звучали какие-то Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава стршные клики, вой и стоны. Мчащиеся по небу облака образовали фантастические фигуры. Серп луны сделался красноватым, как кровь.


***

Безумный хор и хлопанье крыльев козодоев разбудили их перед рассветом.

Двинулись сходу, как солнце слепящим огнем зажгло снега на верхушках гор, но до этого, чем оно успело выкатиться из Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава-за гребня. Вобщем, опередив его возникновение, небо затянули облака.

Они ехали лесами, а дорога вела все выше и выше, и это можно было узреть по изменениям в древостое. Дубы и грабы внезапно кончились, они въехали в сумрак бамбуковых лесов, выстланных опавшей листвой, пахнувших плесенью, сетью и грибами. Грибов было невпроворот. Мокроватый Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава конец лета просто разродился осенними грибами. Юная поросль и почва местами совсем прятались под шляпками боровичков, рыжиков и мухоморов.

Лес был тихий, походило на то, что большая часть певчих птиц уже улетели в теплые края. Только влажные вороны каркали на опушках.

Позже буки кончились, пошли ели Rubor, calor, tumor, dolor 12 глава. Запахло смолой.

Все почаще попадались лысые пригорки и безлесья, посреди которых их настигал ветер. Река Нэви кипела на порогах и перекатах, ее воды, невзирая на дождики, стали тут хрустально прозрачными.


ruchnie-kriptograficheskie-metodi-zashiti-informacii-shifrovanie.html
ruchnie-mashini-dlya-shlifovaniya-materialov.html
ruchnoe-dobavlenie-vipiski-iz-licevogo-scheta-pbs.html